Десять лет колонии строгого режима и лишение звания полковника заслужил сотрудник Псковского погранотряда Игорь Вялков за измену родине и шпионаж в пользу эстонских спецслужб.

 

Такой приговор вынес Московский окружной военный суд (МОВС). Обвинение, требовавшее ранее более строго наказания, осталось довольно. Адвокаты, тоже, поскольку им удалось добиться для своего подзащитного смягчения участи, и не торопятся обжаловать приговор. Процесс по делу бывшего замначальника оперативного управления Псковского погранотряда Игоря Вялкова проходил в закрытом режиме в СИЗО «Лефортово». Было объявлено, что приговор будет зачитан полностью, хотя обычно в таких случаях из соображений секретности оглашается лишь резолютивная часть вердикта.

Вялков был уличен сотрудниками ФСБ в том, что в 2001 году по своей инициативе связался с эстонскими спецслужбами и предложил им сотрудничество за деньги. А началось все с того, что в сентябре 2002-го в псковское УФСБ пришло письмо от некоего гражданина Иванова И.И. о том, что в Пскове действует эстонский агент. К письму прилагалась аудиозапись телефонного разговора «между мужчиной и женщиной», в котором «мужчина» предлагал «женщине» собирать и передавать секретную информацию о личных данных оперсостава ФПС и ФСБ. Тогда идентифицировать личности собеседников не удалось, но вскоре аноним прислал еще одну кассету, и тогда эксперты установили, что мужской голос принадлежит Игорю Вялкову, а женский - сотруднику департамента внутренних дел Эстонии Зое Тинт. За Вялковым было установлено наблюдение, и уже в конце сентября 2002 года он был схвачен с поличным - в момент фотосъемки статей из журнала «Вестник контрразведки». Пограничнику было предъявлено обвинение в госизмене и незаконном пересечении госграницы. Было установлено, что в 2001 году он «конспиративно встретился с Зоей Тинт и предложил ей услуги агента». Вялков незаконно проник в Эстонию и получил первое задание - собирать информацию о действиях ГРУ Генштаба РФ. По мере дальнейших встреч задания конкретизировались. Вялков должен был узнавать и передавать в Эстонию сведения о планах и работе ФПС, ФСБ, СВР, методах взаимодействия между воинскими частями. Кроме того, эстонцев интересовали личные данные агентов бывшего КГБ республики. Вялкову удалось сообщить сведения о трех сотрудниках контрразведки, за что он получил тысячу долларов. Потом ему удалось скопировать инструкции МВД, ФСБ, СВР и ФПС о взаимодействии между спецслужбами, а также сфотографировать статьи из журнала «Вестник контрразведки» о противодействии спецслужбам Швеции, Норвегии и Финляндии.

Адвокаты офицера-пограничника не очень охотно делятся подробностями, связанными с обстоятельствами засекреченного судебного разбирательства, проходящего в СИЗО "Лефортово", поскольку связаны подпиской о неразглашении гостайны. Последняя, по словам защитницы господина Вялкова Елены Лебедевой-Романовой, "в материалах дела действительно присутствует", чего, как она считает, нельзя сказать о других нашумевших "шпионских" процессах. Таких, как, например, процесс по делу ученого-американиста Игоря Сутягина или красноярского физика Валентина Данилова. Эти ученые, признанные шпионами, понадеялись на справедливость суда присяжных. Защита же подполковника Вялкова еще на стадии предварительных слушаний отказалась от рассмотрения дела присяжными заседателями.

После того как гособвинитель попросил суд приговорить офицера-пограничника к 15 годам колонии строгого режима и в качестве дополнительного наказания лишить его воинского звания, адвокаты Игоря Вялкова долго не могли решить, какую избрать тактику. "Можно лишь сожалеть о том, что процесс проходит в закрытом режиме,— сказала в связи с этим Елена Лебедева-Романова.— Процесс очень динамичный, а наш подзащитный вообще человек весьма энергичный, у него, так сказать, активная жизненная позиция". "Что касается тактики защиты,— добавила адвокат,— то содействие судебному разбирательству со стороны подсудимого — это серьезный смягчающий фактор. Хотя доказана или не доказана вина моего подзащитного, решать суду. Я же все-таки считаю, что не все доказательства, представленные суду обвинением, в полной мере доказывают вину Игоря Вялкова в инкриминируемых ему преступлениях".

Суд посчитал его вину доказанной. Правда, то, что реальный ущерб государству причинен не был, суд назначил наказание ниже низшего предела- 10 лет колонии (УК РФ за госизмену предполагает не менее 12 лет). А от наказания за незаконное пересечение границы Вялков был освобожден за истечением срока давности. «Все произошло так, как мы и предполагали, - подсудимый признан виновным в полном объеме. И хотя мы просили 15 лет, 10 лет - справедливое наказание, и обжаловать приговор мы не будем», - заявил одни из гособвинителей Рамил Шакуров. Адвокаты также считают приговор победой. «В целом суд был объективен, и мы довольны, потому что добились наказания ниже низшего предела», - сказала адвокат Елена Лебедева-Романова.

14 декабря 2004 г. Московский окружной военный суд приговорил к десяти годам лишения свободы подполковника ФПС ФСБ России Игоря Вялкова, признав его виновным в шпионаже в пользу Эстонии (статьи 275 УК РФ и 322 УК РФ). Суд постановил, что вина Вялкова полностью доказана свидетельскими показаниями и материалами уголовного дела. Согласно приговору, осужденный будет отбывать наказание в колонии строгого режима.

"Суд освобождает от наказания Вялкова по статье 322 ("незаконное пересечение госграницы") в связи с истечением срока давности", - говорится в приговоре.

Кроме того, осужденный лишен звания подполковника.

Обвинение

По данным следствия, в период с 2001 по 2002 год Вялков несколько раз проводил встречи с представителями эстонской разведки, которым передавал данные "о некоторых аспектах осуществления разведдеятельности Пограничной службы ФСБ". В Эстонию подполковник попадал, незаконно пересекая границу.

В приговоре утвеждается, что Вялков из корыстных целей передал эстонской разведке секретные сведения, в частности о местах дислокации ряда воинских частей России, персональные данные некоторых сотрудников погранвойск, а также сведения о силах, средствах и планах отдельных подразделений Генштаба.

По данным следствия, Вялков вышел на контакт с некой Зоей Кинт - агентом эстонских спецслужб. По данным ФСБ, несколько раз в течение 2001-2002 годов на территории России и Эстонии Вялков передавал Зое Кинт секретные сведения. За разглашение этих сведений Вялков получил вознаграждение в размере более 1000 долларов", - говорится в приговоре.

В приговоре отмечается, что сотрудник ФСБ был задержан с поличным после того, как он сфотографировал несколько публикаций из журнала "Вестник контрразведки" о методах противоборства скандинавским спецслужбам. "Утверждения подсудимого, что он общался с агентом эстонских спецслужб для того, чтобы в дальнейшем ее разоблачить, а материалы фотографировал для своей будущей диссертации, являются голословными и не убедительными", - говорится в приговоре.

Ранее многие издания, видимо с подачи ФСБ, сообщали, что Вялкова взяли с поличным при фотографировании секретных объектов. Однако адвокат подполковника Омар Ахмедов заявил "Агентуре", что это не так. На самом деле Вялкова арестовали в Пскове осенью 2002 года, когда он выходил из здания управления погранслужбы.

Правда, козырять информацией о задержании с поличным - фирменный прием наших контрразведчиков. Логика тут простая: взят с поличным -- значит виновен. Например, долгое время утверждалось, что с поличным задержали дипломата Валентина Моисеева - при передаче секретных документов южнокорейскому разведчику, но затем эту информацию опровергла жена Моисеева. В случае с Игорем Вялковым этого сделано не было. Кроме того, следствие утверждало, что Вялков не просто передавал документы эстонским спецслужбам, а для последующей передачи неким "западноевропейским разведкам".

Дело в том, что эстонские спецслужбы действительно сильно "засветились" на сотрудничестве с западными разведками. Причем самые тесные связи у эстонцев образовались с английской секретной службой MI6. Например, 15 марта 2000 года сотрудники ФСБ арестовали в столице на Ленинградском вокзале бывшего офицера КГБ Валерия Оямяэ. Он был завербован в Таллинне резидентом британской разведки MI6 Пабло Миллером. Причем, по данным ФСБ, вербовка Оямяэ и проведение операций по связи с ним осуществлялись при непосредственном участии Департамента охранной полиции МВД Эстонии, более известного как " Кайтсеполицай" или КАПО.

Кроме того, сотрудник МИДа Платон Обухов, самый известный агент британской разведки в 90-е годы (кодовое имя MASTERWORK), по сведениям бывшего сотрудника MI6 Ричарда Томлинсона встречался со своим куратором тоже на территории Эстонии - в Таллинне. В результате в СМИ появляется версия, что Вялков работал при посредничестве КАПО именно на английскую разведку. Между тем, как признался "МН" адвокат Омар Ахмедов, в деле нет никаких указаний на английский след, и это всего лишь предположение следователей. Однако портрет уже сложился: английскую разведку интересуют возможности пограничников в Псковской области, и через эстонцев они вербуют Игоря Вялкова.

Процесс

Вялков с сентября 2003 года находился в СИЗО Лефортово, с июля 2004 его дело слушается в Московском окружном военном суде. Причем слушания проходят не просто в закрытом режиме, а на выездной сессии - то есть в самом Лефортово. Дело Игоря Вялкова рассматривает судья Евгений Зубов, оправдавший в начале июня обвиняемых в убийстве журналиста "МК" Дмитрия Холодова. Прямо на первом заседании суда Вялков взбунтовался и заявил отвод двум своим адвокатам - Омару Ахмедову и Елене Лебедевой-Романовой. Демарш подсудимого не увенчался успехом, так как судья Евгений Зубов отказался удовлетворить его протест. Вместо этого судья назначил Вялкову третьего адвоката - Светлану Уткину, которая работает в одной коллегии с Лебедевой-Романовой.

Сам Омар Ахмедов не первый день работает со Следственным управлением ФСБ. В 2002 году Московский окружной военный суд слушал дело полковника СВР Александра Сыпачева, обвиняемого в шпионаже на ЦРУ. Прокурор потребовал для полковника 15 лет, но получил он 8, поскольку раскаялся в ходе суда. Защитником Сыпачева был Омар Ахмедов.

Он же представлял интересы одного из катарских борцов, которых ФСБ посадило в Лефортово в ответ на арест наших офицеров в Дохе. Когда борцов в результате поднявшейся шумихи освободили, адвокат Ахмедов утверждал, что у катарцев никаких претензий к следствию не возникло. "В следственную бригаду входило шесть следователей ФСБ, допросы шли три раза в неделю, - говорил тогда Ахмедов. - Никаких процессуальных нарушений я в деле не обнаружил, все было предельно корректно и выверено".

 

Мы  спросили Омара Ахмедова о его взаимоотношениях с подзащитным:

  • Омар, как вы оказались в деле Игоря Вялкова ?
  • Я вступил в дело по официальному запросу Следственного управления ФСБ, который поступил в нашу коллегию. Я замещал дежурного адвоката.
  • Почему Вялков дал вам отвод?
  • У нас с подзащитным разошлось понимание стратегии и тактики защиты.
  • А какова линия защиты?
  • Ну, в деле недостаточно доказательств. Мы, например, считаем, что еще надо доказать, были ли встречи в Эстонии, и были ли это сотрудники разведки. Мы считаем, что там слишком много предположений.
  • А как в деле появилась Елена Лебедева-Романова?
  • Вам лучше спросить у нее.

 

Елена Лебедева-Романова была достаточно откровенна:

  • Я вступила в дело на несколько месяцев позже Омара. Но поскольку там большой объем следственных действий, было принято решение подключить второго адвоката.
  • Кем принято решение?
  • Ну, следствием, и подзащитный согласился. Ему был предложен выбор, ну а мы с Омаром коллеги, и поскольку Вялков Омару доверял, мы встретились, и он сказал, что доверяет и мне тоже.
  • Хорошо, а я правильно понимаю, что третий адвокат - Светлана Уткина - работает вместе с Вами?
  • Да, Светлана Викторовна работает в моей консультации.
  • Елена, вы будете настаивать на полной невиновности вашего подзащитного?
  • Ну, наверное, да. Но вы знаете, линия защиты многоварианта, и сейчас, наверное, рано об этом говорить.

 

В ходе прений сторон прокурор потребовал для Вялкова 15 лет лишения свободы. 14 декабря суд огласил приговор - 10 лет. Приговор оглашался в полном объеме, без изъятий.

 

Источник - РИА "Новости"